Евгений Комаровский: «Никакой украинской медицины не бывает»

В Харькове прошла встреча журналистов с известным педиатром, нашим земляком, телеведущим и автором книг о детском здоровье Евгением Комаровским

Евгений Комаровский: «Никакой украинской медицины не бывает»

Недавно в Харькове прошла встреча журналистов с известным педиатром, нашим земляком, телеведущим и автором книг о детском здоровье Евгением Комаровским. Спикер с точки зрения практикующего врача поделился своим видением реформирования медицины в Украине. 

Суть происходящего не понимает никто

Как отмечает Евгений Комаровский, полностью медреформу, которая происходит у нас в стране, не понимает ни­кто — ни пациенты, ни врачи, в том числе и он сам. И хотя положительные сдвиги в медицине наблюдаются, но остается много отрицательного. 
— Я не склонен красить и.о. министра здравоохранения Супрун в белый или черный цвет, — говорит Евгений Олегович. — Вижу много плюсов, о которых я как врач мечтал всю жизнь. — Считаю, что главное, к чему мы пришли, хотя бы на уровне декларации, — это то, что констатировали: никакой украинской медицины не бывает. Медицина бывает одна — научная. Правила лечения, допустим, ОРЗ, пневмонии или ревматизма одинаковые для Америки, Израиля, Австралии и Украины. Поэтому не надо изобретать велосипед. У нас же у заведующих медицинских кафедр есть собственные методики лечения, о которых они выпускают свои методички. 
По словам педиатра, вся суть настоящей реформы должна состоять в том, чтобы принципиальным образом поменялся алгоритм принятия врачебных решений. Ведь не секрет, что медики зарабатывают за счет пациентов.
— За врачебным решением мы всегда видим следующее: чем тяжелее диагноз, тем лучше врачу, чем больше объем обследований и лечения, тем тоже ему лучше, — поясняет доктор. — Что нужно сделать, чтобы это изменилось? Должна быть криминальная ответственность за экономический контакт врача с другим врачом, аптекарем, работниками лаборатории. Единственным источником существования врача должна быть очень высокая легальная зарплата. Тогда мы принципиально поменяем алгоритм принятия медицинских решений. Для меня, как для врача, реформа — это то, что делает врача очень богатым, запрещает ему зарабатывать что-либо, кроме официальной зар­платы, и не дает ему возможности лечить так, как хочет он. Он должен лечить так, как этого требует медицинская наука. Цивилизованными лекарствами, по правильным протоколам.
Евгений Олегович обращает внимание на то, что у пациентов, увы, не всегда правильные представления о реформе. 
— Я вижу очень много проблем с реформой в том, что если ее делать правильно, то 90% пациентов будут крайне недовольны, — продолжает Комаровский. — Мы никак не можем расставить точки над «і» и всей страной сказать, что такое хорошо, а что такое плохо. Правильные решения в отношении этой реформы в нашей стране будут, мягко говоря, непопулярны. Во всем мире не могут представить, как это учить врача много лет, а потом посадить его в «скорую помощь». Во всем мире функции «скорой помощи» другие. Она не лечит температуру у ребенка и не утешает бабушку с гипертонической болезнью. Бабушку с гипертонией должен утешать даже не семейный врач, а медсестра семейного врача. 
По мнению педиатра, сначала нужно построить адекватную систему семейных врачей, богатых, обеспеченных, знающих протоколы, со своими медсестрами, с возможностью связи с ними в любое время суток. Кроме того, научить людей, когда нужно обращаться в «скорую помощь». И лишь после этого демонтировать существующую систему. 

Плюсы и минусы изменений

— Истинная суть существующий реформы — то, что лежит, как говорится, «под ковром», — говорит медик. — Это то, что я не понимаю, вы не понимаете, никто не понимает. Это то, что за медицину государство платит деньги и кто-то должен эти деньги поделить. Человек, который находится во главе Минздрава, фактически и делит эти деньги. Потому что его подпись позволяет этой компании купить что-то, а другой компании продать. И я не понимаю, почему в нашей стране, где мощная фармация, только 30% лекарств, закупаемых Минздравом, украинские. То, что они не хуже тех же индийских, — это однозначно. 
На вопрос журналистов, должна ли Супрун оставаться и дальше на своей должности, Евгений Комаровский ответил, что, на его взгляд, она должна быть отстранена от принятия глобальных решений в здравоохранении. Но на уровне советника она все же может быть полезна. 
— Я много раз высказывал свои взгляды, как можно реформировать медицину, — напоминает Комаровский. — Для этого необходимо созвать  Совет национальной безопасности Украины. Нужна констатация того факта, что ситуация в здравоохранении прямо угрожает национальной безопасности. Требуется создание, условно говоря, комитета спасения, где рядом с министром здравоохранения будут свой юридический отдел, своя группа альфа и так далее. Потому что надо демонтировать такое огромное количество людей, структур, которые распределяют колоссальные деньги. Надо изменить систему принятия решений в стране в сфере медицины. Ведь у нас идея идет из министерства, дальше необходимо согласовать в Раде, проголосовать и реализовать. Пока это все пройдет, все становится неактуальным. Люди умирают. Трансплантация — пример того, что происходит. Необходимо юридически на какое-то время изменить процесс принятия решений в медицине. Когда некая инициатива, которая исходит от Мин­здрава, будет вне очереди выноситься в зал и тут же — голосование и принятие решения. То есть речь идет об изменении модели государственного управления в медицине. Тогда и последнюю можно реформировать. 
Евгений Олегович в частности возмущен тем, что происходит у нас с трансплантацией. Когда за такие операции приходится платить огромные деньги той же Беларуси. И это при том, что в Украине для пересадок жизненно важных органов есть и умелые руки, и оборудование, но нет юридической базы…
Подытоживая плюсы и минусы сегодняшнего реформирования медицины в стране, Евгений Комаровский отметил следующее:
— Главный плюс реформы — констатация понятия «цивилизованная медицина». Есть правила лечения, есть лекарства с доказанной эффективностью, есть концепция доказательной медицины. Не бывает украинских врачей и украинского медицинского образования. Надо догнать то, что уже есть. Никогда не было такой активной пропаганды вакцинации, как при этом Минздраве. Никогда ранее не было такого отношения именно к доказательной медицине. Например, такого отношения к гомеопатии. Ведь нельзя поощрять шарлатанство. Если вы были на сайте Минздрава раньше и сейчас, то это — как день и ночь. Начала развиваться система электронного здравоохранения. Изменилась система оценки знаний врачей. Реформа на первичном уровне по большому счету хороша. Но она все равно ни к чему не приведет, потому что не решен главный вопрос: мы не сделали врача. То есть нельзя лечить современными протоколами, современными лекарствами, обследовать на современных аппаратах, но во главу угла поставить нищего врача, который зарабатывает на пациентах. Поэтому эти плюсы не имеют шансов реализоваться в конкретные результаты. 
Кстати, Евгений Комаровский опроверг распространенный миф о его возможной политической карьере при новой власти. В политике врач себя не видит, предпочитая быть в стороне от нее.

Галина Кушнир, 
корреспондент

 
Добавить комментарий:
Ваш комментарий (осталось символов: 1000)
 

 
Самое читаемое
Справочники
Facebook Twitter